RSS

Блог

  • + 0 -

    30 марта

    Коронавирус как предчувствие

    Автор: Иосиф Дискин, комментариев нет

    «Затрубил пятый ангел –
    и увидел я еще одну звезду,
    упавшую с неба на землю;
    дан был ключ ей от устья бездны».

    Откровение Иоанна

    Глобальная паника постепенно сменяется попытками анализа происходящего, осознанием того, что пандемия коронавируса обнажила слабость многих государств и обществ. Это уже симптом болезни нашей цивилизации.

    Лицемерием на этом фоне выглядят попытки списать на эпидемию причины явно надвигающегося грозного экономического кризиса. Если эпидемия драйвер кризиса, то она подобна камешку, о который споткнулся слепец. Камешек, конечно, повод, но причина все же в слепоте путника, в фундаментальных дефектах государственных и экономических институтов.

    Обобщенный Запад явно не может противостоять панике. Налицо зависимость принимаемых решений от напора истериков и популистов. Исчезла способность Запада принимать взвешенные решения - прежняя опора его мощи. Мир не стал бы надолго западоцентричным, если бы Запад не выиграл конкуренцию институтов.

    Несмотря на апокалиптические предсказания ряда экспертов, наиболее реалистическим сценарием пандемии все же не гибель миллионов, но постепенное, пусть и ценой высокой платы, ее преодоление. Успех Китая - залог этого сценария.

    Уроки пандемии позволяют понять те процессы, которые предопределили утрату былой эффективности. Это крайне важно на пороге глобального экономического кризиса. Нужно ясно осознавать, что мир стоит у устья бездны, в которую могут рухнуть многие достижения цивилизационного развития человечества. Этот кризис, как представляется, можно сопоставлять лишь с Великой Депрессией 20-х -30-х годов прошлого века. Совсем не только коммунисты писали тогда, что мир стоит на пороге краха капитализма как такового.

    Сходство прошлого и грядущего кризисов не только в их разрушительной глубине, но и в том, что оба они рубежные, завершающие целый этап мирового экономического, более того, цивилизационного развития. Тот кризис покончил с наплевательским отношением к социальным правам. Важно понять, с чем покончит грядущий.

    Для такой оценки глубины и рубежного характера грядущего кризиса немало причин. Лишь долги государств многократно превышают глобальный ВВП. В США совокупные долги граждан, корпораций, муниципалитетов, штатов и федерации превышают плохо представимую сумму 60 триллионов долларов. Среди мировых финансовых экспертов консенсус: эти долги никогда не будут погашены. В Китае – в спасательном круге мирового роста немало собственной взрывчатки. И так по всему кругу основных игроков глобальной экономики.

    Беда ведущихся дискуссий, хоть по борьбе с пандемией, хоть по контурам грядущего кризиса в том, что пока даже не обсуждаются фундаментальные дефекты, порождающие обе напасти.

    Главный дефект – идеологически надутые пузыри доверия к основным экономическим, политическим и социальным институтам обобщенного Запада. Вся его институциональная система, ее легитимность и функциональность покоятся на всеобщем убеждении в том, что эта система пользуется хотя бы пассивным, но устойчивым доверием большинства. Совершенно не случайно проблема доверия вышла в последние годы на авансцену социального дискурса.

    Пока идеологически эмитированное доверие не подвергается испытаниям, граждане соблюдают законы и платят налоги, покупают ценные бумаги, обеспеченные, по существу, лишь убеждением в устойчивости всей экономической системы. Перед самым кризисом доткомов гуру также уверяли публику, что Америка вошла в новую экономику, избавленную от кризисов. Потерянные тогда два триллиона баксов завтра покажутся мелочью.

    Система действительно устойчива пока лишь маргиналы выступают против ее несущих конструкций. Но что будет, когда лопнет этот пузырь.

    Массовое, во многих странах, игнорирование требований карантина – демонстрация кризиса институтов, основанных на доверии. Это тест устойчивости всей системы западных институтов. Налицо явная и непосредственная угроза того, что вот-вот лопнут эти идеологически надутые пузыри. Экономический кризис – лишь проекция институциональных потрясений и базовых ценностных сдвигов.

    Это только в плохих учебниках кризис – это про деньги и интересы. На деле кризис – прежде всего, про институты и еще больше про ценности. Впрочем, процесс взаимный. Великий историк Уильям Макнил в книге «Эпидемии и народы» показал эти взаимосвязи. Сэр Артур Конан Дойл в «Белом отряде» также рассказал о том, как эпидемия чумы, выкосившая треть Англии, повысила стоимость рабочей силы и, тем самым, изменила всю экономику Англии. Уместно отметить, что так был запущен процесс рационализации всех сторон жизни, получивший завершение в Реформации.

    Важно понять, что же привело к тому, что были надуты пузыри доверия, взрыв которых угрожает всей системе западных институтов.

    Это результат извращения принципов Великой демократической революции, начавшейся во Франции в 1968 году. Эта революция разрушила многие обветшавшие нормы и представления, поставила в качестве фундамента общества обновленные ценности либерализма и демократии.

    Но затем, в течение полувека в западном обществе шел процесс радикализации этих ценностей, превращения их в «гражданскую религию». Речь здесь не идет о критике подлинных либералов и демократов, страданиями, часто даже своей жизнью плативших за свою приверженность высоким идеалам свободы и народовластия. Мы оппонируем «псевдолиберализму», извратившему изначально высокие и сохраняющие свое значение ценности.

    Примечательно, что в разработке и продвижению по миру догматов этой «религии» приняли активное участие бывшие троцкисты, сменившие лозунги пролетарской революции на мировую «либеральную».

    Религиозный статус «псевдолиберализма», обусловил запрет на какую-либо критику его ценностных оснований. Критики мгновенно превращались в изгоев. При оценке предлагаемых мер и законов верность либерализму важнее, чем практичность. Да и у нас так было еще недавно.

    Религиозно-идеологическая атака на массовое сознание Запада привела к хорошо известному нам двойному сознанию. На поверхности все (или почти все) придерживаются официальной «либеральной» идеологии. Но сам был свидетелем, как в Америке в барах и на задних дворах при жарке барбекю очень многие клянут эти самые ценности, которые зачастую оскорбляют их нравственные чувства, религиозные и культурные традиции.

    Победа Дональда Трампа и его единомышленников в Европе - триумф тех, кто был готов восстать против идеологического гнета. По своему накалу и методам это уже больше религиозные войны, чем политическая конкуренция.

    Еще одним фактором, подрывающим фундамент западных институтов, стал слом системы социальных статусов. Популярность важнее профессионализма и ответственности. Речения звезд и прочих селебритис, важнее компетенций. Социальные сети лишь закрепили этот процесс. Политика сегодня всего лишь разновидность шоу-бизнеса.

    Доверие к институтам лишилось прочной основы – оценки практикой и соответствию интересам. Результат – сужение возможности принятия рациональных, но не всегда популярных решений. Популизм – простые, но ложные ответы на насущные проблемы – высокий барьер на пути рациональных стратегий. Но не менее опасны и ретроградные заклинания, выдаваемые за консерватизм. Их рознит озабоченность подлинных консерваторов национальной конкурентоспобностью, поиском эффективных решений насущных проблем.

    Одна из причин - слом действовавшей много столетий системы интеграции ценностей и социальных интересов. Собственно, наличие такой интеграции и стало причиной выдвижения монистических социологических конструкций. Марксисты отстаивали примат интересов, а веберианцы – ценностей.

    Действовали специализированные институты, обеспечивавшие такую интеграцию. Сначала церковь, а в Новое время салоны, политические клубы, а, затем, уже и политические партии.  Но, в массовых партиях хвост стал вертеть собакой. Характер массового сознания низов, электоральные нужды все время снижали роль рациональных, связанных с интересами аргументов и, напротив, повышали эмоционально-аффективную составляющую агитации.

    Апофеозом стали политические течения, основанные на обращении к обостренным чувствам низов, прежде всего, к неприязни, если не к ненависти к истеблишменту. Примеров несть числа. Самый известный - призыв Дональда Трампа: «осушить вашингтонское болото».

    Феномен отрыва в массовом сознании высоко значимых ценностей от социально-экономических интересов хорошо знаком россиянам. Научно-техническая интеллигенция была тараном, сокрушившим советскую систему, но она же стала жертвой своей победы, лишившись своего статуса, гарантированных доходов и возможности заниматься любимым делом. Ценности подмяли жизненные интересы.

    В результате пузырь доверия к институтам все более истончался. Теперь любой острый конфликт между идеологизированными «псевдолиберальными» ценностями и реальными интересами людей (особенно, в условиях острой нужды и борьбы за выживание) грозит, что пузырь лопнет. Именно слабость поддержки системы институтов со стороны массово рефлексируемых социально-экономических и социально-политических интересов создает угрозу тотального обрушения этой системы. Это очень похоже на ту самую бездну, которой грозит пятый ангел    Апокалипсиса.

    Вероятнее всего, прорыв пузыря идеологически надутого доверия приведет к краху казино-капитализма с его кардинальным отрывом финансов от реальной экономики.  Сотни миллионов лишатся работы и окажутся на грани голода. Целые государства окажутся банкротами и не смогут поддерживать свою социальную инфраструктуру. Это, как сильно гипертрофированные наши собственные 90-е.

    Обрушение институтов всегда идет до основания. Им являются ценности и нормы, способные реально регулировать отношения в обществе. Многим памятны времена, когда у нас обрушение дошло до того, что главными регуляторами стали приснопамятные «понятия».

    На Западе уже также виден один из ориентиров грядущего порядка. Все аплодируют решительному Президенту Си, который буквально спас Китай от эпидемии. Растут рейтинги тех политиков, которые готовы отбросить всю либеральную риторику и применять авторитарные методы. И это в ситуации, когда еще лишь начались толчки глобального кризиса.

    Но это еще не самая худшая ветка сценария. В период глубоких кризисов оживают религиозные и родственные им фанатики, для которых разгорающийся пожар – очаг для переплавки старого мира в новый – в воплощение на Земле их «священных» ценностей. Нацизм – явный пример.

    Ослабленный кризисом институциональный иммунитет – слабый барьер. История борьбы с ИГИЛ (организация, запрещенная в нашей стране) показывает, как непросто было при относительно дееспособных государствах. В условиях институциональной разрухи – успех такого рода борьбы просто гадателен. Поражение же – перспектива почище экономического кризиса.

    Ну, ладно, Запад скорее всего, ждут большие передряги. Но что же делать нам, чтобы избегнуть грозящей бездны. Ведь многие из симптомов институционального кризиса не обошли и нас. К тому же и проблем, ждущих решения, поднакопилось немало. Коронавирус еще добавил.

    Представляется, что у нас все же есть шансы пройти кризис без жестоких потрясений. В последнее время снизилось влияние либерального доктринерства.  Наш относительный успех в борьбе с инфекционной напастью показал, что инструменты власти вполне дееспособны.

    Но это далеко не гарантия устойчивости в условиях глобального кризиса. Здесь будут нужна мобилизация не только финансовых, но и всех институциональных ресурсов.

    Учитывая масштаб угроз, нагрузку на всю систему государственных и общественных институтов, необходимо укреплять их фундамент – общественную мораль. Об этом просто вопиют безответственность и наглый эгоизм, продемонстрированные слишком многими на пороге эпидемии, угрожающей всем и каждому. Для исцеления необходимо самовоспитание нашего гражданского общества. Еще П.Б. Струве в «Вехах» предостерегал: «Вне идеи воспитания в политике есть только две возможности: деспотизм или охлократия». Обе эти возможности – путь в бездну национальной катастрофы.

    Для того, чтобы отойти от ее края, нужно преодоление застарелого общественного инфантилизма. Трудно назвать взрослым поведение, когда в основе выбора не реальные, пусть и не вполне приятные альтернативы, а требования идеала здесь и сейчас. В условиях кризиса, хрупкой экономики и институтов, инфантилизм дорого обойдется.

    Необходимо также уйти от устойчивого синдрома политизации любых проблем. Этот синдром – продукт революционного сознания, характерного для тех, кто не способен к созиданию, к успешной профессиональной деятельности. В условиях же терминального кризиса надобны не сотрясения основ, а солидарные и ответственные действия всех, для кого Россия не пустое слово.

    Крайне важно убедить большинство, что призывы к радикальным политическим переменам сегодня это либо безответственное доктринерство, либо прямое забвение интересов людей. Напомнить тем, кто забыл, что потери населения России в 90-е, как в результате большой войны. Если упустить еще раз тридцать лет развития, то это уже непоправимая историческая катастрофа. В посткризисном мире для России уже не найдется приемлемой ниши.

    Большинство, кого заботит благополучие близких и своей страны, должно четко отмежеваться от тех, кому вновь нужны великие потрясения. Это совсем непросто, когда над многими еще довлеет давняя традиция, что настоящий интеллигент всегда обязан противостоять власти. Но сегодня важно еще раз взглянуть на ту цену, которая уже была заплачена и на угрозу бездны, ухнув в которую просто не останется носителей этой традиции.

    Но есть же другой путь. Уже сегодня виден запрос на укрепление институционального фундамента. За последние годы заметно возросла нравственная чувствительность нашего общества, его острая реакция на идиотские или безответственные заявления чиновников и разного рода заметных персон.

    Для того, чтобы нравственная чувствительность, отчуждение от государства не стали разрушительной силой, как это уже не раз было в нашей истории, необходима широкая общественная консолидация, укрепление общероссийского единства. Внутри институтов гражданского общества явно назрел активный диалог об общем понимании базовых ценностей, норм и представлений. Опора здесь – укорененные в обществе, но пока еще латентные нравственные принципы, объединяющие большинство россиян.

    Широкий общественный диалог о том, что нас нравственно объединяет способен показать, что у нас вполне здоровое общество, что нравственное большинство способно стать опорой для институциональной стабилизации.

    Возросшая нравственная чувствительность общества – императивное требование к качеству власти. Ей нужно пройти между Сциллой бессердечного технократизма с его реформами, оскорбляющими нравственные чувства россиян, с одной стороны, и Харибдой безответственного популизма, разрушающего и без того уязвимые институты, с другой. Власти нужно видеть человеческое измерение проводимых преобразований. Тех же, кто не способен или не умеет видеть, нужно выдавливать из власти.

    Необходимым условием насущного взаимно ответственного партнерства власти и гражданского общества должен стать совместный мониторинг всего комплекса идущих сегодня стремительных процессов, включая их нравственное измерение. Было бы замечательно, если бы торговля страхом многих наших медиа сменилась заботливым разъяснением людям реальных альтернатив развития событий, советами, как преодолеть невзгоды.

    На таком, упрочненном фундаменте уже можно строить эффективные институты, способные много лучше реагировать на внешние и внутренние вызовы, мобилизовать наши, совсем не малые ресурсы. Вряд ли Россия станет совсем уж островком стабильности в турбулентном мире. Но устойчивость институтов, способность принимать эффективные решения может стать ее мощным конкурентным преимуществом.

    Вполне просматриваются сценарии, при которых наша страна может сделать мощный рывок, качественно сопоставимый с индустриализацией 30-х годов прошлого века. Осуществленный, кстати, на фоне аналогичного терминального кризиса – Великой Депрессии.

    Давайте, взвесим угрозы и вызовы, мобилизуем здравый смысл и ответственность, отложим все, что нас разъединяет и начнем прокладывать дорогу к общероссийскому единству – единственной дороге, уводящей нас всех от устья бездны Апокалипсиса.

Оставьте свой комментарий

Чтобы оставить комментарий, вы должны войти или зарегистрироваться

Вход

Войти на этот сайт вы можете, используя свою учетную запись на любом из предложенных ниже сервисов. Выберите сервис, на котором вы уже зарегистрированы.

Войти под профилем Вконтакте

Войти

Внимание!

Внимание!

Внимание!

Возможность голосования доступна только зарегистрированным пользователям.

Авторизируйтесь или пройдите регистрацию