RSS

Блог

  • + 0 -

    22 марта, 2017

    «Покайся, Иваныч! Тебе скидка выйдет»

    Автор: Анатолий Кучерена, комментариев нет

    Недавно заместитель председателя Верховного суда РФ Владимир Давыдов заявил: «Из 100 подсудимых по делам 90 признают свою вину. Не знаю, это хорошо или плохо, но это факт». При этом он отметил, что 65% из тех дел, где обвиняемый признает свою вину, рассматриваются в особом порядке (ст. 314 и ст. 316 УПК РФ).

    Сторонники данной практики нередко ссылаются на зарубежный опыт и замечают, что, например, в США около 90% всех судебных приговоров выносится на основании так называемой сделки с правосудием, когда обвиняемый признает свою вину в обмен на смягчение наказания или даже изменение своего процессуального статуса.

    Казалось бы, такой подход и в российских условиях выглядит вполне разумно. Во-первых, он призван стимулировать лиц, реально совершивших преступление, не «запираться» на следствии и сознаться во всем с реальной перспективой получить менее суровое наказание, чем это могло бы произойти в случае упорного отрицания своей вины. То есть поступить примерно так, как советовала председателю жилтоварищества Никанору Босому его супруга в романе Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита»: «Покайся, Иваныч! Тебе скидка выйдет!»

    Во-вторых, особый порядок должен «разгрузить» судей, избавив их от непродуктивной работы. В самом деле, полагают некоторые, коль скоро обвиняемый сознался, к чему терять время на утомительное судебное разбирательство?

    На деле, однако, благими намерениями сплошь и рядом вымощена дорога в ад. Проблема в том, что признание, даже сделанное как бы добровольно, отнюдь не всегда может служить доказательством вины. Человек, впервые переступивший порог следственного изолятора, оказывается в сильнейшей психотравмирующей ситуации. В этот момент ему жизненно необходима помощь квалифицированного адвоката, причем не только юридическая, но и психологическая. К сожалению, очень многие обвиняемые такой помощи в полной мере не получают и оказываются, что называется, один на один со следователем. При этом следователь может даже вполне искренне желать смягчения участи обвиняемого. Путь к этому, по его мнению, только один: признать себя виновным и согласиться на особый порядок принятия судебного решения. Мол, так будет лучше для самого обвиняемого, да и ему, следователю, работы меньше.

    Обвиняемые, как правило, наслышаны, что процент оправдательных приговоров в российских судах ничтожен. А потому нередко даже тот, кто не согласен или не полностью согласен с предъявленным ему обвинением, в конечном итоге признает себя виновным. «Плетью обуха не перешибешь», полагает обвиняемый, и коль скоро он уже попал в скрипучие жернова правоохранительно-судебной машины, борьба бесполезна. В лучшем случае можно рассчитывать на смягчение наказания. Нередко подобную «тактику» подсказывают обвиняемому и его новые товарищи по тюремной камере.

    Бывает, что обвиняемый, признавая свою вину в совершенном преступлении, попутно оговаривает каких-то других лиц в качестве своих соучастников. И правоохранительные органы, и судьи, как правило, принимают эти показания на веру. Однако недавно председатель Верховного суда РФ Вячеслав Лебедев пояснил, что такие показания нельзя рассматривать в качестве бесспорных доказательств. Но тогда почему безусловно истинными считаются показания, данные обвиняемым против самого себя?

    На мой взгляд, любое «упрощенное» правосудие, осуществляемое без всестороннего разбора доводов обвинения и защиты в зале суда с участием квалифицированного адвоката, всегда чревато неправосудными приговорами. Как может судья, выносящий приговор в особом порядке, убедиться в обоснованности предъявленных обвинений, если дело не рассматривается в суде по существу? То есть не исследуются доказательства, собранные на стадии предварительного следствия. Для этого нужно обладать какими-то парапсихологическими способностями. Но лично мне такие судьи не встречались.

    В целом же ситуация, при которой 90% обвиняемых признают свою вину, наводит на очень тревожные размышления. Ведь повседневная жизнь свидетельствует совершенно о другом: человек, застигнутый, что называется, на месте преступления, например в ходе совершения супружеской измены, пытается отрицать очевидное. Что же делает людей столь сговорчивыми, когда они оказываются в СИЗО?

    Существует, однако, и другая форма «сделки с правосудием» — заключение досудебного соглашения о сотрудничестве между обвиняемым и следствием. Оно распространяется на все виды преступлений. Если, например, обвиняемый заключает досудебное соглашение о сотрудничестве, впоследствии оказывает реальное содействие в раскрытии преступления и при этом отсутствуют отягчающие обстоятельства, срок наказания может быть сокращен от двух третей до половины максимального срока наказания, предусмотренного соответствующей статьей.

    Представим, например, что некий гражданин обвиняется в шпионаже в пользу иностранного государства. Его готовность сотрудничать со следствием может существенно минимизировать нанесенный им ущерб.

    Подобным образом отдельным преступникам порой удается избежать даже пожизненного заключения. Так, недавно сотрудник патрульно-постовой службы Арсен Байрамбеков, признанный виновным в двух заказных и четырех ритуальных убийствах, был приговорен к 13 годам лишения свободы. Без его собственных признательных показаний следователям вряд ли удалось бы распутать это чрезвычайно сложное дело. Однако и этот приговор вызвал ожесточенные споры.

    Думается, настало время создать высококвалифицированную независимую экспертную группу, способную тщательно проанализировать ситуацию, сложившуюся вокруг «сделок с правосудием», и выступить с предложениями, в том числе по изменению действующего законодательства.

    Представляется крайне важным, чтобы человек, привлеченный по уголовному делу в качестве обвиняемого, не боялся отстаивать свою невиновность и имел возможность сделать это в суде с помощью квалифицированного адвоката. Особый порядок вынесения судебного приговора должен стать скорее исключением и применяться в тех редких случаях, когда вина обвиняемого действительно находится за пределами всяких разумных сомнений. А вот процент оправдательных приговоров в судах, без сомнения, должен быть выше. Следователи, увы, как и все люди, подчас ошибаются, и исправить их ошибки может только суд.

Оставьте свой комментарий

Чтобы оставить комментарий, вы должны войти или зарегистрироваться

Вход

Войти на этот сайт вы можете, используя свою учетную запись на любом из предложенных ниже сервисов. Выберите сервис, на котором вы уже зарегистрированы.

Войти под профилем Вконтакте

Войти

Внимание!

Внимание!

Внимание!

Возможность голосования доступна только зарегистрированным пользователям.

Авторизируйтесь или пройдите регистрацию