RSS

Блог

  • + +2 -

    18 апреля, 2011

    Годовщина атаки на коррупцию

    Автор: Михаил Островский, комментарии 6

    Ровно год прошел с момента подписания президентского указа о национальной стратегии и национальном плане по борьбе с коррупцией. Вслед за указом последовали конкретные шаги, среди которых обязательная «антикоррупционная» экспертиза законопроектов, усиление контроля за достоверностью деклараций о доходах госслужащих и членов их семей, совершенствование системы госзакупок, а также введение стократного штрафа для взяточников.

    Тем не менее, спустя год после начала атаки на коррупционеров, мздоимство в стране по-прежнему процветает. Как будто о стену горох: по данным Департамента экономической безопасности МВД, средний размер взятки в России только увеличивается. Если во второй половине 2010 года он составлял 44 тыс. рублей, то сегодня превышает 60 тысяч.

    Президент признает, что инициированная им антикоррупционная кампания пробуксовывает. Он неоднократно заявлял о том, что недоволен ее результатами. При этом в Госдуме почему-то продолжает лежать без движения законопроект о ратификации 20-го пункта антикоррупционной конвенции ООН. Возможно, для того, чтобы 20-й пункт «пошел» быстрее, внести его в парламент должен сам Президент.

    И все-таки Дмитрию Медведеву, несмотря на слабые результаты первых антикоррупционных шагов, удалось сделать главное. В публичном пространстве, наконец-то, началась серьезная дискуссия по поводу причин и последствий коррупции. Конечно, о ней говорили и раньше, но воспринимали  коррупцию, скорее, как неизбежный крест, а не как врага, у которого есть лицо.

    К сожалению, пока не получилось добиться всеобщей неприязни к коррупции. Она, как и прежде, органично вписывается в нашу жизнь. Однако, для того чтобы антикоррупционные меры возымели успех, у россиян на бытовом уровне должна появиться аллергия на любые виды платежей «мимо кассы». Сегодня такие расходы воспринимаются многими гражданами как «выражение благодарности» и как обязательный инструмент достижения своей цели. Коррупционные расходы закладываются как в семейные бюджеты, так и в стоимость товаров и услуг.

    Мы все, например, знаем, что большинство выданных в последние годы водительских прав, куплены за деньги. Мы знаем, что УЗИ в муниципальной поликлинике нужно ждать две недели, если не занести врачу. Мы все знаем, что противопожарное состояние объектов малого бизнеса зиждется не на огнетушителях, а на размере «благодарности» пожарному инспектору.

    Это я говорю о «низовой» коррупции. Там нет чемоданов с миллионами, но от этого такая коррупция не становится менее опасной. Ведь опасность коррупции не в размере взятки, а в последствиях, к которым эта взятка приводит. Если на дорогу выезжает «чайник» с купленными правами, то последствия могут быть гораздо страшнее, чем, например, от выплаты «отката» по итогам конкурса госзакупок. Что отнюдь не делает последнее менее тяжким преступлением.

    Поэтому я предлагаю ввести в уголовное законодательство о коррупции определение «степень общественной опасности», которая оценивалась бы судом исходя из наихудших возможных последствий коррупционного случая. Следует также ввести специальную шкалу уровней общественной опасности.

    Если должностное лицо подписывает за взятку положительное заключение о техническом состоянии какого-либо здания общественного назначения, то могут погибнуть люди. И такая коррупция должна квалифицироваться по аналогии с покушением на убийство вне зависимости от того, какова сумма взятки.

    Есть еще один популярный в экспертной среде путь борьбы с коррупцией: существенное ужесточение наказания за дачу взятки должностному лицу. Я категорически против. От этого, в первую очередь, пострадают посетители поликлиник, родители малышей и школьников, автомобилисты, а также малые предприниматели. Дело в том, что механизм дачи крупной взятки, как правило, очень изощренный, и поэтому трудно доказуемый. А на «коробке конфет» люди будут попадаться регулярно.

    По данным Следственного Комитета России, каждое третье коррупционное преступление совершается сотрудниками правоохранительных органов. Их представители с удовольствием участвуют в рейдерских захватах и оказывают «содействие» бизнесу в нечестной конкурентной борьбе. Коррупция в правоохранительных органах страшна тем, что жертве просто-напросто некуда жаловаться.

    Люди тогда перестанут давать взятки, когда будут знать, что есть другие, легальные, способы решения проблемы. Люди должны быть уверены, что после телефонного звонка «куда следует», они добьются справедливости. Сейчас граждане (особенно предприниматели), наоборот, уверены в бесперспективности жалоб. Более того, они считают, что жалобы обернутся для них новыми проблемами. Об этом с горечью говорят и те, кто обращается на «горячую линию» Общественной палаты «Стоп, коррупция!».

    По моему убеждению, суд, заменяя лишение свободы стократным штрафом, должен параллельно применять к виновному такую меру, как лишение права заниматься определенными видами деятельности или занимать определенные должности в течение длительного времени, а в отдельных случаях, пожизненно. Эти два вида наказаний должны быть неотделимы друг от друга. Между тем, 85% взяточников приговариваются судами к штрафу или условному уголовному лишению свободы и при этом только 1% лишается права занимать соответствующие должности. Получается, что для большинства взяточников, оставшихся на свободе, доступ к «кормушке» остается открытым. Такая логика судебных решений вызывает недоумение.

    Впрочем, оперировать сегодня точными данными о коррупции очень трудно. Мы располагаем статистикой Следственного Комитета, Генпрокуратуры, МВД, а также цифрами негосударственных исследовательских институтов. Данные существенно отличаются друг от друга, а в отчетах государственных ведомств можно заподозрить попытки завышения показателей эффективности своей работы. Ведомства также стремятся переложить ответственность за слабые показатели на своих коллег. Такая борьба за «галочки» приводит к тому, что руководство страны не располагает полной и достоверной информацией о коррупции в стране.

    Думаю, отчасти по этой причине Президент поручил Общественной палате подготовку доклада об эффективности антикоррупционной политики в современной России. Наверное, сегодня гражданское общество – одна из немногих сил, не имеющих в этой истории субъективного интереса. Но наша работа над докладом будет иметь смысл только в том случае, если на его основе будут приняты дальнейшие управленческие и законодательные решения в рамках антикоррупционной стратегии. Именно с таким расчетом мы и готовим доклад.

Оставьте свой комментарий

Чтобы оставить комментарий, вы должны войти или зарегистрироваться

Комментарии (6)

  • 18.04.2011 21:10:57

    коррупция - оргмеры

    В борьбе с коррупцией очень велика роль гражданского общества. Почему вы (ОП РФ) не используете эти возможности? Где ваша организующая роль? Где сайт "GdeKorrupcia"? Не было команды? Кроме того, есть элементарные оргмеры для борьбы с коррупцией. Первая (очевидная) - прозрачность (транспарентность) деятельности должностных лиц. Вторая - непрерывная ротация кадров. Почему об этом все молчат? Есть еще одна мера - "пробный шар". Пошлите человека к должностному лицу с очевидным поручением или предложением по его компетенциям и посмотрите на поведение чиновника. Если пробема не решается, а лишь заматывается - то это явный признак ожидания взятки. Чиновника надо менять, не дожидаясь возбуждения уголовного дела.

    Ответить

  • 19.04.2011 17:03:54

    мало говорить про гражданское общество, нужно еще и как-то привлекать его, мне кажется

    Ответить

  • 19.04.2011 23:24:29

    А судьи кто?

    «ввести в уголовное законодательство о коррупции определение «степень общественной опасности», КОТОРАЯ ОЦЕНИВАЛАСЬ БЫ СУДОМ» Чтобы суду можно было доверить определение степени общественной опасности, необходимо в первую очередь найти рычаги искоренения коррупции в судейском сообществе. Сейчас судьи вершат свое черное дело смело, нагло, так как они недосягаемы для законов и наказания. Суды представляют для народа Высшую степень опасности, так как решения выносятся в зависимости от платежеспособности стороны процесса, а не от степени вины. Суды и правоохранительные органы, как никто другой растлевают общество «платежеспособных» и вызывают у остальной части чувство безысходности, неверия государству, желания справедливого возмездия. ОП РФ, являясь рупором общества, пользуясь доверием Президента, имея массу конкретных обращений как никто другой может возглавить процесс контроля правильности судебных решений и погасить коррупцию в судах. И сколько можно трепаться по этому поводу. А, может вы просто выуживаете недовольных? НЕТ ВЕРЫ УЖЕ НИКОМУ И НИ ВО ЧТО!!!

    Ответить

    • 07.09.2011 16:57:53

      Верно подмечено..С нашими судами все совсем страшно..

      Ответить

  • 08.06.2011 11:19:11

    Всегда одно и то же.

    Работаю в компании которая предоставляет текущие цены на ту или иную продукцию, что позволяет как контролировать процесс затрат так и сделать прозрачными проведение аукционов и тендеров и в процессе работы постоянно сталкиваюсь с так называемыми "откатчиками" и получается что "прозрачность" то никому и не нужна и кто бы как ни кричал что мы все за борьбу с коррупцией, на поверку оказывается что никому это не надо.

    Ответить

  • 05.07.2018 09:34:30

    Краснов Алексей

    На многих тендерах требуют предоставить сертификат соответствия ИСО 9001, хотя сама по себе сертификация ИСО 9001 всегда была и является добровольной.

    Ответить

Вход

Войти на этот сайт вы можете, используя свою учетную запись на любом из предложенных ниже сервисов. Выберите сервис, на котором вы уже зарегистрированы.

Войти под профилем Вконтакте

Войти

Внимание!

Внимание!

Внимание!

Возможность голосования доступна только зарегистрированным пользователям.

Авторизируйтесь или пройдите регистрацию